Я не мог понять, почему эти фотографии были так надежно спрятаны в течение столь продолжительного времени. Возможно, воспоминания о том, что случилось с семьей Карлебах и многими другими, встретившимися во время тех летних каникул, были столь болезненными для моих родственников, или, они просто предпочитали не ворошить прошлое, или, что хуже всего, они просто забыли об этом. Вполне может быть, что после окончания войны они поддерживали контакты с уцелевшими родственниками. У меня не было ответа и ни одна живая душа не могла рассказать мне об этом. В любом случае, я должен был обнаружить этот альбом и я не мог уже вернуть его обратно за шкаф. Есть люди, чьи жизни эти истории могли бы обогатить и эти рассказы должны были бы быть донесены до будущих поколений.
В поисках ответов мне очень повезло, что семья Карлебах была столь заметной в еврейской общине Гамбурга, что очень облегчило сами поиски и очень скоро я уже читал о «Гемейнд-Синагог Бомплац», («Джозеф-Карлебах-Плац» сегодня), месте, где сейчас установлен мемориал. Можно прочитать он-лайн свидетельские показания о семье Карлебах, в которых одно имя особо выделяется, имя профессора Мириам Гилис-Карлебах, дочери рабби Джозефа и Лотт. Она, по видимому, была последним выжившим членом семьи.
Я разыскал проф. Гилис-Карлебах в дирекции университета Бар-Илан, расположенного в Рамат-Гане рядом с Тель-Авивом. По случайному совпадению, мой дед Норман в бытнось свою мером Барнета в 1975-76 содействовал процессу провозглашения побратимами района Барнета Боро с Рамат-Ганом. Когда я нашел ее Е-майл адрес, я внезапно испытал трепетное волнение, вызванное возможной близостью к цели. Но я знал, что должен сделать это. В тот вечер я написал следующее:
Понедельник, 1 июля 2002
Дорогая профессор Гилис-Карлебах,
Имея в виду, что Вы являетесь дочерью покойного Главного Раввина Гамбурга доктора Карлебах, я обращаюсь к Вам по поводу фотографий Вас и Вашей семьи, находящихся у меня, которые, как я думаю, могут представлять для Вас интерес и которые Вы, возможно, еще не видели.
Я, внучатый племянник покойного лорда Десмонда Хиршфелда и правнук Леопольда Хишфельда из Лондона. Возможно Вы помните проведенное время вместе с ними, с моей прабабушкой и моей теткой и Вашей семьей в августе 1937 во время путешествия в Гамбург на борту Арандоры Стар.
После смерти лорда Хиршфельда, фотографии достались моему деду (Норман Хиршфельд) от которого, после его кончины, они достались семье.
Имеется несколько фотографий Вашей семьи в саду дома Ваших родителей и на борту Арандоры Стар. На этих снимках присутствуют все Ваши братья и сестры, Ваши родители вместе и по отдельности. На фотографиях вы играете в различные игры: бейсбол, настольный теннис и шаффлборд на борту лайнера. На фотографии есть пометка моего дядюшки: » Скромное напоминание о времени, проведенном детьми доктора Карлебах на Арандоре Стар».
Среди фотографий имеются также снимки великолепной Гамбургской синагоги Вашего отца. На снимках изображены «Входная дверь», «Арка и кафедра» , сокровищница.
Я не знаю, видели ли Вы эти фотографии или имели информацию от моего дядюшки после 1937 года, но я бы с удовольствием выслал Вам их копии, если бы получил на то Ваше согласие, которого очень жду.
С уважением,
Нигель Л Боброфф.
Беспомощно находясь в тревожном ожидании ответа, я понимал, что его может не быть вовсе. Спустя две недели, когда я уже отчаялся получить что-нибудь, пришел следующий ответ:
Дорогой Нигель Боброфф,
Вы не представляете себе какую неожиданную радость доставило мне Ваше письмо. Я как раз только что вернулась из двухнедельной поездки в Гамбург, где искала документы и подлинные семейные фотографии
Я высоко ценю, что Вы отыскали мой Е-майл адрес, и отвечаю Вам также по Е-майл, потому, что это наибыстрейший способ связи и я бы не хотела, чтобы Вы долго ждали моего ответа.
Конечно я очень, очень хочу получить фотографии; я помню посещение семьей лорда Хиршфелд нашего дома на Халлерштрассе и последовавшею затем восхитительную поездку на корабль. Я описала эти встречи, если Вы читаете по немецки, в книге, названной «Каждый ребенок — мой единственный» (Гамбург, 1992,1993,2000). Позвольте спросить, есть ли у Вас какие-нибудь письма или другая корреспонденция, переписка между моим отцом, Рабби Доктором Джозеф Карлебах или моей матерью Лотте Карлебах и Вашей семьей? Меня интересует все, касающееся этой темы. Пожалуйста, скажите мне, что в моих силах сделать, чтобы выразить мою глубочайшую признательность. Вышлите мне, пожалуйста фотографии по адресу, указанному ниже. Я надеюсь встретиться с Вами в Израиле, в институте Карлебаха.
С истинной благодарностью и теплыми пожеланиями,
Уважающая Вас,
Профессор Мириам Гиллис-Карлебах
Директор Института Джозефа Карлебах
Университет Бар -Илан
Рамат-Ган 52900
Израиль
14 июля 02
Я добавил к этому рассказу документ, полученный в июле 2003 от профессора Гиллис -Карлебах, озаглавленный «История трех писем».
По просьбе профессора Гиллис-Карлебах я записал эту историю. Я очень горд тем, что унаследовал, почти случайно, этот замечательный, трогающий душу альбом, который помог мне лучше узнать историю моей собственной семьи накануне величайшей в истории трагедии европейского еврейства, познакомиться спустя много лет с одним из ключевых участников тех событий, профессором Гиллис-Карлебах, чья собственная жизнь посвящена помощи таким людям, как я, понять (если это вообще можно понять) весь этот разрушающий и опустошающих ужас, испытанный столь многими.
Я глубоко переполнен дружеской поддержкой семьи Карлебах спустя так много лет после той первой встречи и очень надеюсь, что эта история никогда не забудется.
Нигель Боброфф
Лондон
Март 2006
 Назад |
 Далее |