У Люца появилась вторая жизнь. Он изменил на английский манер своё немецкое имя Людвиг Лихтайм, добавив к нему в знак уважения и памяти еврейское имя своего отца, и стал Луисом Симоном Лайтоном.
С 1941по 1946 он служил добровольно в Австралийской армии. Он хотел достойно прожить свою жизнь в память о своих родителях и брате – он вырос в доме, где почитался добросовестный труд и учение. Он восполнил своё школьное образование, получил аттестат зрелости, поступил в университете и сумел получить степень бакалавра в области разработок гражданских технических сооружений.
Память об отце определила направление в учёбе – ведь отец посвятил столько сил вопросам, связанным с водоснабжением и экологией, отец, которого обвинили в том, что якобы он, будучи евреем, вместе со своими детьми отравил воду. Настало время, и его сын стал дипломированным инженером по гидроустановкам.
Люц также много занимался вопросами защиты окружающей среды; его усилиями в Австралии было создано общество по защите чистоты воздуха «Международный союз по защите чистого воздуха». Он много и интенсивно занимался вопросами водоснабжения — уделял огромное внимание качеству воды и защите грунтовых вод, что составляло основы водоснабжения в будущем. За свои исключительные заслуги в этой области и разработку экологических программ будущего, он был первым, кто удостоился почётной медали за свою деятельность. Это произошло в 1975 году, именно тогда бывший Людвиг Лихтгейм , ныне пятидесятилетний Луис Симон Лайтон, был награждён этой медалью.
И, тем не менее, после всех своих свершений, да и под давлением лет, он стал погружаться в воспоминания об ужасных событиях своей юности. Свинцовой тяжестью легли на него воспоминание о брате. Вальтер сопровождал тот детский транспорт, который доставил его, Люца, в безопасное место, сам же, не желая бросить на произвол судьбы мать, вернулся к ней в Германию, прямо в глотку дракона.
Мысль о том, что на долю самых дорогих, столь много значимымых для него людей выпало столько мучений и жестокая смерть, не переставала терзалть его и омрачала последние тягостные годы его жизни.
Он умер в одиночестве, положив своей смертью конец истории одной немецкой семьи – это были порядочные, интеллигентные и талантливые люди, носители культурных и общечеловеческих ценностей.
Это была еврейская семья. Она не продолжится в потомках, никого не осталось…
Был ещё один свидетель событий, происходящих на Пальмайл 25 – это Вернер Флокен, тогда ещё школьник, живший этажом выше. Вопросы, которые он задавал своим родителям, оставались без ответа и растворялись в пустоте, однако не оствляли его в покое. Он отправился на поиск следов исчезнувшей семьи. Проделав путь от Альтоны до Америки, он отыскал человека по имени Петер Тикотин, которого судьба свела когда-то с Люцем-Луисом. Именно он и помог Вернеру выйти на ряд документов. Кроме того, Вернер Флокен записал, всё, что поведал ему Тикотин, и в результате история семьи Лихтгейм, обрела отчетливые контуры. Нет больше никаких сомнений – семья Лихтгейм просто прекратила своё существование, она никогда не продолжится в потомках.
Но благодаря самоотверженности и упорству Вернера Флокена это семья не исчеснет отныне из нашей памяти — и ещё один камень ляжет на пути живых, и каждый год будет зажигаться поминальная свеча. И пусть память обо всех них станет для нас благословением.
 Назад |
 Далее к Фотоальбому |